Всего лишь лихорадочный бред
Если бы люди полагались на корабли, они бы не
добрались к этому времени так далеко и...
- Могли добраться, если изобрели движение быстрее света. Может быть,
если добиться этого, то никаких природных ограничений скорости уже не
останется. Если сломать световой барьер, то, может, и нет никаких границ
насколько быстрее света можно лететь.
- Я почему-то не думаю, что изобрели движение со сверхсветовой
скоростью, - ответил Никодимус. - Я слышал множество разговоров об этом
после того, как меня вовлекли в проект. Ни у кого, похоже, не было никакой
отправной точки и никаких стоящих соображений о том, как это сделать.
Более чем вероятно - люди просто высадились на планете, далеко не столь
удаленной, как наша, и нашли один из туннелей, а теперь пользуются ими.
- Но ими пользуются не только люди.
- Да, это совершенно очевидно по Плотоядцу. И сколько иных рас
пользуются ими, у нас не может быть представлений. А как быть с
Плотоядцем? Если мы не заставим туннель действовать, он захочет
отправиться с нами на корабле.
- Только через мой труп.
- Вы знаете, я чувствую в точности то же самое. Он довольно
неотесанная личность, и может быть немало хлопот со введением его в
анабиоз. Прежде, чем мы сможем это сделать, нужно узнать его химизм.
- Этим ты мне напоминаешь, что мы не возвращаемся на Землю. Что это
еще за новости? Куда Корабль намерен отправиться?
- Не знаю, - ответил Никодимус. - Мы, конечно, разговариваем время от
времени. Корабль, я уверен, ничего не пытается от меня утаивать. У меня
такое ощущение, что Корабль сам еще не очень хорошо знает, что намерен
делать. Просто, наверное, идти дальше и смотреть, что найдет. Вы, конечно,
понимаете, что Корабль, если захочет, может услышать все, что мы говорим.
- Это меня не беспокоит, - ответил Хортон. - При нынешнем положении
все мы повязаны одной веревочкой. Причем ты куда дольше, чем я. Каким бы
ни было положение, мне, пожалуй, придется отталкиваться от него, ведь
другого-то основания нет. Я почти в тысяче лет от дома и в тысяче лет от
теперешней Земли. Корабль, несомненно, прав, говоря, что, вернись я
обратно, то оказался бы отщепенцем. Можно, конечно, принять все это умом,
но остается странное ощущение в горле. Если бы остальные трое были здесь,
все, мне кажется, было бы по-другому. Я чувствую себя страшно одиноким.
- Вы не одиноки, - возразил Никодимус. - У вас есть Корабль и я.
- Да, пожалуй, что так. Я все время забываю. - Он откинулся от стола.
- Чудесный был обед, - сказал он. - Хотел бы я, чтобы ты мог есть со мной.
Как ты думаешь, не расстроит мне желудок, если я, прежде чем отправиться
спать, возьму ломтик этого остывшего жаркого?
- На за
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
