Больные

ризнать, что есть все основания для тревоги. Если погода испортится еще больше, катер наверняка зальет водой так, что он, несмотря на всю суету с ведерком, может и потонуть к чертовой матери. Если нестись на полном газу – опятьтаки зальет, даже гораздо быстрее, чем в первом варианте...
Хреновые дела. Страха не было, но все грядущие опасности осознавались четко, во всей полноте, и это не прибавляло бодрости духа. Насквозь промокший изза борьбы с водой, Мазур злился еще и оттого, что никак не мог придумать надежный выход. Сплошная неизвестность: то ли так и двигаться, лихими бросками, вычерпывая воду почаще, то ли тащиться черепахой, ожидая, что море разбушуется еще пуще. И тогда? Рации на катере не имелось, SOS не подашь. Надувной лодки – тоже. Только парочка спасательных кругов и коробка с сигнальными ракетами. Небогато и уныло. Чересчур мало шансов у человека, болтающегося в неспокойном море со спасательным кругом и коробкой ракет под мышкой... Могут подобрать уже через четверть часа, если окажется ктото поблизости, а могут – и никогда...
Поэтому когда далеко слева показался парус, Мазур не раздумывал и не колебался – дал полный газ и помчался в ту сторону, физически ощущая, как оседает катер под тяжестью вновь хлынувшей в корму воды, как погружается, натужно распарывая воду.
Двухмачтовое судно, если только он не ошибся в расчетах, шло в сторону Пасагуа. Удерживая коленом штурвал, Мазур сграбастал коробку с ракетами, сорвал крышку. Выключил мотор и выбрался на корму – уже по щиколотку в воде. Выхватил сразу три пластиковых цилиндра и, держа руку на отлете над бортом, запустил первую ракету.
Она оказалась зеленой. Ослепительный комок огня рассыпался высоко над головой скопищем искр, по широкой дуге опускавшихся в океан. Вторая, третья, четвертая...
Катер уже сидел так глубоко, что даже не мотался на волнах. Судно меняло курс, разворачиваясь в его сторону. Для надежности Мазур выпустил еще две ракеты, вброд пробежал к приборной доске и вновь дал полный газ: ясно, что заметили, при крайней нужде можно и вплавь, если чертова лохань все же затонет в самый неподходящий момент...
Но ему попрежнему ктото ворожил – он успел достичь корабля, а катер все еще оставался на плаву, хотя и погрузился так, что было ясно: отплавался... Направив гибнущее суденышко так, чтобы подойти к правому борту нежданного спасителя, Мазур наконецто нашел время присмотреться к нему.
И восхищенно выругался в несколько этажей: что ни говори, а бывают на свете чудеса, и случаются они даже с твердокаменными материалистами. На корме красовались начищенные медные буквы «Русалка», и сверху, перевесившись через планшир, на него с любопытством таращилась восходящая звезда Голливуда мисс Кимберли, а рядом с ней торчали лысоватый, поджарый капитан и еще какойто незнакомый в белом.
Капитан, не тратя времени попусту, выкинул за борт штормтрап. Выбежав на корму уже чуть ли не по колено в воде, Мазур ухвати

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51