Баретки

ты на другом краю галактики, далеко в стороне от
привычных маршрутов. Старый сиятель выпил за обедом пару бокалов
золотистого напитка и, находясь в прекрасном расположении духа, с
удовольствием рассказывал случаи из своей жизни.
Но вдруг, прямо посреди фразы, он умолк и резко склонился
вперед. Инек в растерянности протянул руку, но, прежде чем он успел до
него дотронуться, сиятель соскользнул с дивана на пол.
Его золотое сияние потускнело, несколько раз мигнуло и исчезло
совсем, оставив на полу лишь тело, угловатое, костлявое, уродливое, - тело
чужеродного, одновременно жалкого и чудовищного существа. Более
чудовищного, казалось Инеку, чем все, что ему доводилось видеть раньше.
При жизни это было замечательное создание, но теперь, когда
пришла смерть, оно превратилось в отвратительный скелет, заполняющий
мешок из чешуйчатой натянутой кожи. Видимо, думал Инек, с трудом
подавляя в себе смятение, именно золотое сияние делало его таким
замечательным и красивым, таким живым, стремительным и
преисполненным величия. Это золотое сияние было самой жизнью, и, когда
оно уходило, оставалось нечто ужасное, при одном только взгляде
вызывающее отвращение.
Если этот золотистый туман и есть животворное начало сиятелей,
то очевидно, они носили его как окутывающий плащ - нечто вроде
маскарадного костюма, скрывающего их истинный облик. И ведь как
странно: они носили свое животворное начало снаружи, тогда как у всех
остальных существ оно внутри.
Под крышей жалобно стонал ветер, а в окно Инек видел, как
проносятся, то и дело закрывая луну, взбирающуюся по восточному
небосклону, батальоны рваных облаков. На станции стало холодно,
одиноко, и это одиночество, казалось, простирается далеко-далеко за
пределы привычного земного одиночества.
На негнущихся ногах Инек прошел к аппарату связи. Вызвал
Галактический Центр и стал ждать ответа, опершись на машину обеими
руками.
- К ПРИЕМУ ГОТОВЫ, - ответил Центр.
Коротко и как мог беспристрастно Инек обрисовал случившееся на
станции. В Центре это не вызвало ни замешательства, ни вопросов. Они
просто дали ему указания, как следует поступить (словно такое случалось
нередко). Веганец должен остаться на планете, где застигла его смерть. С
телом необходимо поступить, как того требуют местные обычаи. Таков
закон жителей Веги-XXI, и это его долг перед покойным. Веганец должен
оставаться там, где он скончался, и это место навсегда становилось как бы
частью Веги-ХХI. Такие места, сообщил Галактический Центр, есть по всей
галактике.
- НА НАШЕЙ ПЛАНЕТЕ, - напечатал Инек, - ПРИНЯТО
ПОГРЕБАТЬ ПОКОЙНЫХ В ЗЕМЛЕ.
- ТОГДА ПОХОРОНИТЕ ВЕГАНЦА.
- ПРИНЯТО ТАКЖЕ ЗАЧИТЫВАТЬ ОДИН-ДВА СТИХА ИЗ
НАШЕЙ СВЯТОЙ КНИГИ.
- ПРОЧТИТЕ ДЛЯ ВЕГАНЦА СТИХ. ВЫ В СОСТОЯНИИ
СПРАВ

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54