Пасхальный случай
отят? Наверно, изучают его привычки. Но для этого,
подумал он, криво усмехнувшись, им вполне хватило бы первых десяти
дней наблюдений. А возможно, они ждут какого-то события, которое
поможет им понять, чем он занимается. Хотя тут их наверняка постигнет
разочарование: они могут наблюдать хоть тысячу лет подряд и все равно ни
о чем не догадаются.
Инек отвел взгляд от просвета в зеленой стене и зашагал по дороге,
озадаченный и обеспокоенный своими наблюдениями.
Может быть, думал Инек, они не пытались вступить в контакт из-за
разных историй, которые им могли рассказать. Историй, которые никто,
даже Уинслоу, не передает ему самому. Интересно, что напридумывали за
долгие годы люди, жившие по соседству? Всякие небылицы, что
рассказывают у камина и слушают, затаив дыхание?
Возможно, это и к лучшему, что он не знает, какие о нем
рассказывают байки, хотя они наверняка существуют. И то, что
наблюдатели не вступают с ним в разговор, тоже, может быть, к лучшему.
Пока контактов нет, он все еще в безопасности. Пока нет вопросов, не надо
на них и отвечать.
Вы действительно, спросят они, тот самый Инек Уоллис, что в 1861
году отправился сражаться за Эйба Линкольна? И на этот вопрос есть
только один ответ. Да, скажет он, я именно тот человек.
Но это, пожалуй, единственный вопрос, на который он сможет
ответить правдиво. Во всех остальных случаях обязательно придется вилять
или отмалчиваться.
Они спросят, почему он с тех пор не изменился. Почему он остается
молодым, когда все люди стареют? Не может же он объяснить им, что
стареет только вне станции: что стареет только час, когда выходит на
прогулку, час или около того, когда работает на огороде, и пятнадцать
минут, когда сидит на ступенях крыльца, любуясь закатом. Но едва он
возвращается на станцию, процесс старения прекращается, и его организм
возвращается в прежнее состояние.
Конечно же, он не может им этого рассказать. Как не может
рассказать и многое другое. Возможно, наступит день, когда они придут к
нему с вопросами, и тогда, он знал, придется бежать от них и скрыться в
стенах станции, полностью отрезав себя от мира.
Такой поворот событий не вызовет осложнений, поскольку он
может жить внутри станции, не испытывая никаких неудобств. Недостатка
у него не будет ни в чем: инопланетяне предоставят ему все необходимое
для жизни. Время от времени Инек, конечно, покупал земные продукты
через Уинслоу, который привозил его заказы из города, но только потому,
что ему иногда хотелось простой земной пищи, памятной с детства или со
времен военных походов.
Но даже и такие продукты он мог бы получать с помощью
дупликации. Для этого достаточно отправить кусок бекона или дюжину яиц
на другую станцию, где они останутся в качестве образцов, а копии ему
буд
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54
